«Ярославские балаганы»

Народные «зрелища и увеселения» на Ильинской и Сенной площадях в Ярославле в конце XIX – начале XX вв.

Балаган (от перс. балахане – верхняя комната, балкон) – 1) Временное дощатое строение для театральных, цирковых и эстрадных представлений. 2) Обобщенное наименование зрелищ на народных гуляниях.

Виртуальная выставка «Ярославские балаганы» посвящена праздничным народным гуляниям на площадях в Ярославле в конце XIX – начале XX века. На выставке впервые представлены редкие изобразительные материалы и рекламные печатные издания из собрания Ярославского музея-заповедника.

До начала XX века неотъемлемой частью русской городской жизни были праздничные народные гуляния на площадях. Центром праздничной площади, лицом гуляний были балаганы, по их количеству и убранству судили о размахе праздника. Для публики площадных «зрелищ и увеселений» балаганные представления, а также катальные горы, качели, карусели были излюбленным, а часто и единственным доступным развлечением. Современники относили такого рода развлечения к категории «всенародных», «народных», «общедоступных». Ярославская пресса писала, что на гуляниях с балаганами «преобладает простая публика: слесаря, кузницы, кучера, дворники, солдаты, горничные, кухарки…, впрочем, много и, так сказать, чистой публики – видны офицеры, студенты, семинаристы, купцы». Кроме того, «зрелища и увеселения» привлекали в город крестьян из близлежащих сел и деревень.

Balagany_3

План Ильинской площади в Ярославле с обозначением торговых рядов во время ярмарки.
Конец XIX – начало XX вв.
Бумага, тушь, акварель. 66,0 х 68,0.

В Ярославле особый размах народные гуляния приобретали в дни ярмарки, которая традиционно проходила на Ильинской (ныне Советской) площади с 5 по 25 марта (по старому стилю) и была приурочена ко дню ярославских князей-чудотворцев Федора, Давида и Константина. Едва в городе заканчивалось масленичное веселье со «столбами» (смотрами молодоженов) на Екатерининской улице (ныне ул. Андропова) и катаниями в санях по Духовской (ныне ул. Республиканской), вокруг храма Ильи Пророка начинали сколачивать ярмарочные торговые ряды – их расположение обозначено на плане Ильинской площади. Обороты ярославской ярмарки в начале XX века были незначительны — около 130 тыс. рублей (крупными считались ярмарки с оборотом 1 млн. рублей). Торговали тканями, игрушками, колесами, деревянной и глиняной посудой, славилась чайная посуда фабрики М. С. Кузнецова. Народные гуляния и забавы заметно оживляли торговлю – несмотря на то, что ярмарка приходилась на дни Великого поста (ярмарочное время традиционно признавалось исключительным). Яркие описания гуляний на ярмарке в Ярославле сохранились в воспоминаниях ярославского врача, театрала и краеведа Георгия Ивановича Курочкина (1875–1958) и Ирины Дмитриевны Голицыной (1900–1983), младшей дочери Дмитрия Николаевича Татищева (1867–1919), ярославского губернатора в 1909–1915 гг.


5 марта – в день Ярославских чудотворцев – начиналась ярмарка. Вся нынешняя Советская площадь застраивалась рядами легких дощатых ларьков, балаганов. В одних торговали всякими сластями: пряниками, облитыми орехами, жареным миндалем, всякими сортами халвы. В других представлял Петрушка и упражнялись гимнасты и фокусники. В третьих были расположены яркие ситцы и блеклые саратовские сарпинки. Здесь же под шарманку вертелась карусель, и раешники предлагали посмотреть в круглые окошечки заграничные виды городов. У мужика в клетке сидела какая-то птичка и за две копейки вытаскивала клювом на счастье из коробочки билетик с надписью. Народ волновался, двигался, шумел около карусели, балаганов, саней.

Поездка на ярмарку для всех нас, ребят, была обязательной, и мы задолго начинали о ней мечтать и планировать, как пойдем в балаганы, будем кататься на карусели, закупать сладости. Всю зиму копили деньги, откладывали копейки от того, что отец давал «на гулянье».

Вот и пришел долгожданный день! Я был старший, и потому ездил с отцом, а братья и сестры с матерью. Выезжали из дома [в Норском посаде] часов в восемь. В городе лошадь оставляли на постоялом дворе; шубы и одеяла вносили в большую с огромной русской печью комнату, с этой печи выглядывали головы отдыхающих ямщиков.

За довольно длинный мартовский день надо было использовать все городские удовольствия! Начали с чудотворцев. С постоялого двора пошли в Спасский монастырь. Здесь помолились и приложились к мощам Федора, Давида и Константина и к чтимым иконам. Купили у монаха, торгующего в углу за высоким столом, несколько свечей и больших просфор, первые поставили у икон и у раки чудотворцев, а вторые завязали в белую салфетку для дома и пошли на ярмарку. По дороге отец заходил в некоторые магазины и вел с их хозяевами какие-то разговоры о товарах для нашей лавки, а я сгорал от нетерпения.

Но вот мы и на ярмарке. Сколько было здесь всяких прелестей для моего детского сердца! Само собой надо было начинать с быстро вертящейся карусели. Передо мной мелькали в серых яблоках разрисованные кони и раскрашенные тележки. Сверху над каруселью был натянут плотный брезент, закрывающий ее от дождя и снега; а по краям висели фонарики для вечера, какие-то цветные украшения и стеклянные подвески. Вот карусель остановилась. Отец посадил меня на коня, велел крепко держаться за железный прут, к которому был прикреплен конь, и я «поехал». За пять копеек карусель делала восемь-десять кругов, потом останавливалась. Одни слезали со своих мест, другие садились на из место, но я захотел еще покататься, и отец уплатил еще пяточек. После катания пошли в балаган смотреть Петрушку. Все те же сцены с цыганом, лошадью и собакой! Но меня они приводили в восторг. Кроме Петрушки, клоун показывал какие-то фокусы, а силач упражнялся с гирями. Это для меня было не очень интересно. Зашли посмотреть панораму. Мы увидели здесь прекрасные иноземные города, одни из них утопали в тропической зелени, другие лежали в горных долинах, третьи расстилались по берегу огромного моря. Все это я старался запомнить, чтобы потом рассказать своим домашним и друзьям по улице. […]

Курочкин Г. И. Театрал из Норского посада. Ярославль: Рыбинский Дом печати, 2007. С. 147–148.


В начале марта [1910 г.], когда я играла в зале, ко мне подошел наш управляющий с двумя воздушными шарами в одной руке, а в другой руке у него была игрушка, которую он называл «американским жителем». В стеклянной трубке, наполненной розовой жидкостью, плавала маленькая фигурка, похожая на чертенка. Если нажать на резиновую кнопку, он всплывал кверху, а потом медленно опускался вниз. Управляющий вручил ее мне со словами:

– Это вам, чтобы играть. Я только что принес это с ярмарки, которая открылась сегодня, она бывает каждый год в это время, на нее интересно посмотреть.

Я не знала, как отнесутся родители к тому, что я принимаю подарки от нашего управляющего. Я поблагодарила его за доброту и решила показать игрушки папе. В тот же день за обедом папа открыл кошелек, и большой сияющий рубль покатился ко мне. Кот и Ика [прозвища брата Николая (род. в 1896 г.) и сестры Елизаветы (род. в 1894 г.)] получили то же. Папа сказал нам:

– Можете пойти на ярмарку и купить там, что вам понравится.

Мы обрадовались. Ярмарка располагалась на Ильинской площади, очень близко к нашему саду. На одной стороне площади на три недели, с 5 марта до Благовещения, возводили деревянные балаганы и строили деревянные тротуары. Дети, взрослые, стар и млад – все спешили на ярмарку. Играла музыка, и все выглядели счастливыми на сияющем солнце. Красочные ларьки были заполнены прекрасными вещами: игрушками, разнообразными материями, старинными вещами, украшениями, книгами и сладостями.

Ларьки с игрушками были для меня самыми интересными. В одном ларьке каждая игрушка стоила 5 копеек, а в соседнем – 10 копеек и так далее. Там были куклы, маленькие чайные сервизы, кухонные наборы, голыши в ванне, разнообразные свистки, мячи, трещотки, маленькие утюги, наборы для прачечной – все это сделано из дерева. И конечно, несметное количество воздушных шаров и мальчишки, предлагавшие «американских жителей». Игрушки были такие яркие, так соблазнительно расставлены, что просто нельзя было удержаться и что-нибудь не купить. Мы ходили, любовались и кое-что покупали.

Иногда нас приглашали принять участие в чем-то вроде беспроигрышной лотереи. Когда я проходила мимо какого-то пожилого человека, он сказал мне:

– Насладитесь путешествием в Иерусалим!

Я не поняла, что это значит, но Кот подтолкнул меня к нему. Человек закрыл меня черным покрывалом и усадил перед большой панорамой. Совершенно отрезанная от мира, я рассматривала виды Иерусалима.

 Домой мы явились нагруженные изумительными вещами и не раз еще ходили на ярмарку.

Голицына И. Д. Воспоминания о России (1900–1932). М.: Айрис-пресс, 2009. С. 36– 37.


Balagany_4

Афиша зверинца укротительницы Марии Сковронской на Ильинской площади в Ярославле.
Конец XIX – начало XX вв. Типолитография Э. Г. Фалька.
г. Ярославль.
Бумага, типографская печать. 71,0 х 53,5

Balagany_31

Объявление об открытии зоологического кабинета на Ильинской площади в Ярославле с 5 марта 1895 года.
Типолитография Э. Г. Фалька.
г. Ярославль.
Бумага, типографская печать. 71,0 х 54,0.

Balagany_6

Объявление о больших конных представлениях в цирке Н. Васильева-Прикащикова на Ильинской площади в Ярославле во время ярмарки с 15 марта 1892 года.
Типолитография М. Х. Фальк.
г. Ярославль.
Бумага, типографская печать.71,5 х 54,5.


Balagany_7

Объявление об открытии синематографа Эдисона во время ярмарки в Ярославле на Ильинской площади. 1900-е гг.
Типолитография Э. Г. Фалька. г. Ярославль.
Бумага, типографская печать. 56,5 х 41,8.

Balagany_8

Объявление о демонстрации «Оригинал-электро-биоскопа» (сцены и эпизоды русско-японской войны) на Ильинской площади во время ярмарки в Ярославле с 12 по 26 марта 1906 года.
Типолитография наследников
Э. Г. Фалька. г. Ярославль.
Бумага, типографская печать. 99,0 х 64,5.


Балаганы представляли собой временные покрытые тесом, парусиной или брезентом сооружения из досок. Снаружи, над входом балаганов устраивались балконы-раусы (от нем. heraus – снаружи), с которых балаганные деды, актеры или клоуны зазывали публику перед началом представления. Обязательным было украшение балаганов вывесками, флажками, газовыми, а позднее – электрическими лампами.

Неизменный интерес публики вызывали зверинцы, зоологические выставки, панорамы и музеи-паноптикумы, цирковые выступления. Коммерческий успех приносило использование технических новинок, таких как звукозапись и кинематограф, – знакомство с ними началось для многих именно с балаганных «увеселений». Афиши подобных «зрелищ» дают представление об их характере и содержании.

Изображение на афише должно было поразить воображение публики: привлекательная молодая дама в окружении хищников, схватка атлетов в трико и т.п., а эффектные названия давали повод для иронии местной прессе, сообщавшей о неизменных «электро-автоматически-механических театрах» и «американско-воздушных-рекорд-народных-диво-качелях» на народных гуляниях. Представления чаще всего состояли из разнородных ярких номеров: сеансы престидижитаторов и чревовещателей чередовались с выступлениями балалаечников-куплетистов и рассказчиков, а французская борьба с балет-пантомимой. А в каталогах паноптикумов морская сирена и орудия пыток испанской инквизиции соседствовали с восковыми бюстами Пушкина и Некрасова.

Дневные представления начинались с 12 часов дня, вечерние с 8 вечера. Гибкая ценовая политика делала посещение представлений доступным для широких городских слоев. Так в начале XX века вход в зверинец или панораму стоил от 5 до 20 копеек. На цирковые представления можно было попасть за 1,25–1,60 рублей (за места в партере) до 15–27 копеек (за места на галерке). На дневные представления цены были уменьшены. Для сравнения в конце XIX – начале XX вв. в Ярославле заработок молодого приказчика в лавке составлял 20 руб. в месяц, 25–40 руб. получали рабочие Ярославской Большой мануфактуры.

Balagany_5

Объявление о переводе музея А. Михатова в балаган на Ильинской площади в Ярославле.
Конец XIX – начало XX вв.
Типолитография Э. Г. Фалька.
г. Ярославль.
Бумага, типографская печать.86,0 х 61,0.

Balagany_29

Объявление о выступлениях индийского факира Бен-Али-Бея на Ильинской площади в Ярославле. Конец XIX в.
Типолитография Э. Г. Фалька.
г. Ярославль.
Бумага, типографская печать.
35,4 х 26,7.


Владельцы балаганов стремились уверить публику в том, что представление пройдет с максимальным для неё комфортом. На афишах указывалось, что «всё здание покрыто непромокаемой американской парусиной, поэтому представления ни в коем случае не отменяются», «помещение освещается новейшим безопасным фонарём «Вашингтон», «электрические и световые эффекты собственной электрической передвижной станции», «в антрактах будет играть собственный электрический концертный орган». Привлекательным для зрителей был эффект новизны: «новость ХХ века!», «впервые в здешнем городе», «каждое представление будет идти по совершенно новой программе», однако ожидания публики не всегда оправдывались. В местной прессе зачастую можно было встретить жалобы, что «хотя цирк не пробыл еще здесь и двух недель, но уже его «разнообразная» программа начинает быть слишком однообразной» и т.д. При этом не стоит забывать, что в будние дни программа могла идти от 3 до 6 сеансов, в праздничные дни от 6 до 10 сеансов.

Большое стечение народа в центре города во время «общедоступных» гуляний и постоянная угроза пожаров создавали проблемы для городских властей. Акты осмотра ярмарочных помещений на Ильинской площади после очередного пожара в балагане с электротеатром в марте 1906 г. фиксируют следующее: «все балаганы… построены скученно за неимением свободного места…»; «балаганы перемежаются с полотняными палатками и открытыми навесами, которые не могут быть рассматриваемы как балаганы; является затруднительным подвести их под какую либо статью строительного устава». С другой стороны, неуправляемость ярмарочного веселья стала вызывать опасения местных властей. Постепенно народные увеселения и забавы переносятся на окраины или за пределы городов.

В этом плане показательна история с переведением из центра Ярославля ярмарочных народных развлечений. В феврале 1894 года за месяц до открытия ярмарки ярославский губернатор А. Я. Фриде распорядился запретить «зрелища и увеселения» на Ильинской площади, разъясняя свое решение их неуместностью во время Великого поста и в непосредственной близости от церкви Ильи Пророка и других храмов. Гласные Ярославской городской думы проголосовали (33 голоса против 5) за обжалование распоряжения губернатора, указывая на то, что городская казна лишится ежегодного дохода от сдачи мест под ярмарочные балаганы до 500 рублей («когда городские средства так недостаточны, что приходится отказываться от выполнения неотложных нужд, то и 500 р. большие деньги, коими пренебрегать не следует»). Кроме того, одним из доводов было то, что несправедливо лишать бедные городские слои единственного доступного и традиционного для них развлечения.


О воспрещении увеселений и забав во время ярославской ярмарки.
Из «Журналов Ярославской городской думы за 1894 год».

Balagany_23Balagany_24Balagany_25Balagany_26Balagany_27



Вновь вопрос о переносе балаганов с ярмарки на Ильинской площади возник после пожара в одном из балаганов с кинематографом в 1906 году, и снова необходимость этого объяснялась «попранием религиозного чувства большей части благомыслящего населения города Ярославля». Окончательно ярмарочные «увеселения и зрелища» были перенесены с Ильинской площади на Сенную (ныне пл. Труда) в 1908 году. В итоге, публика «голосовала ногами»: при общем упадке ярославской ярмарки местная пресса рисовала размах и процветание народных развлечений на Сенной. «Путеводитель-справочник по Ярославлю на 1916 год» сообщал, что «ярмарка утратила свое прежнее значение и даже перестает быть излюбленным местом для гуляния с тех пор, как увеселительные балаганы перевели с Ильинской на Сенную площадь».

Balagany_11

Объявление о кормлении удава в зверинце О. Эйгуса на Сенной площади в Ярославле 15 мая 1892 года.
Типолитография М. Х. Фальк.
г. Ярославль.
Бумага, типографская печать.
57,5 х 46,5.

Balagany_12

Афиша балагана с демонстрацией поющей и говорящей машины-графофона (фонографа) Эдисона на Сенной площади в Ярославле с 13 апреля 1897 г.
Типолитография Э. Г. Фалька. г. Ярославль.
Бумага, типографская печать. 53,0 х 35,5.

Balagany_32

Объявление «Электрического театра» на Сенной площади в Ярославле о демонстрации «Оригигал-электро-биоскопа, или Театра-тауматографа». Начало ХХ в.
Типолитография Губернской земской управы. г. Ярославль
Бумага, типографская печать.


На Сенной площади, находившейся на окраине города, в течение года торговали лошадями, сеном (отсюда название – Сенная), дровами. И хотя на ней постоянно стоял шум, а под ногами была грязь, успешной работе «зрелищ и увеселений» это нисколько не мешало. «Общедоступные» балаганы на Сенной площади были открыты почти в течение всего года. Владельцы арендовали у города участок земли под устройство балагана, либо снимали помещение у частных владельцев на зимний (с октября по апрель) или летний (с мая по сентябрь) сезон.

Особой любовью ярославской публики пользовались цирковые представления на Сенной площади. На рубеже XIX–XX столетий в города Ярославской губернии неоднократно приезжали с выступлениями различные цирковые коллективы, в том числе, имевшие всероссийскую известность цирки Безано, Труцци, Саламонского, братьев Никитиных, дрессированная труппа Анатолия и Владимира Дуровых. Часто во время цирковых представлений разыгрывались призы, устраивались бесплатные сеансы для детей и для дам. Популярностью пользовались чемпионаты французской борьбы, (ее правила можно найти на афише цирка Труцци от 30 мая 1894 г.). В 1909 году Рудольфо Труцци обратился в Ярославскую городскую управу с просьбой оставить несломанным деревянное здание цирка на Сенной: «Арендуя это место уже в продолжение 3-х лет на срок от трех до четырех месяцев, каждый раз я строил ежегодно временное здание для цирка, приспособленное исключительно для летних представлений. Само собой такая эфемерная постройка не была лишена некоторых неудобств, которые приходилось испытывать посещающей цирк публике, в особенности в дождливые и холодные дни… В текущем году я построил вполне капитальное здание… вполне  безопасное в настоящем своем виде в пожарном отношении». Прошение было удовлетворено и в дальнейшем здание несколько раз сдавалось в аренду А. Д. Горцу, братьям Никитиным, Г. И. Либкену и др.

Важным фактором культурной жизни Ярославля стало появление кинотеатров в местах народных гуляний на городских окраинах. К началу Первой мировой войны в губернском центре на Сенной площади действовали электротеатры «Отдых» (в здании депо вольно-пожарного общества), «Рояль-Вио» (а затем «Гигант» – в здании цирка), «Прогресс», «Модерн». В праздничные и воскресные дни эти небольшие кинотеатры пропускали через себя по несколько тысяч человек. На ярославских афишах и программах начала ХХ века появляются надписи «от здания цирка (или электортеатра) для удобства публики будет подан трамвай».

Balagany_15

Афиша цирка Антонио Безано на Сенной площади в Ярославле. Большое экстраординарное представление с раздачей бесплатных подарков 14 июля 1889 года.
Типография Г. В. Фалька. г. Ярославль.
Бумага, типографская печать. 53,3 х 35,3.

Balagany_16

Афиша цирка Максимилиано Труцци на Сенной площади в Ярославле. Большая французская борьба 30 мая 1894 года.
Типолитография Губернской земской управы. г. Ярославль.
Бумага, типографская печать. 53,0 х 71,0.

Balagany_17

Афиша цирка Максимилиано Труцци на Сенной площади в Ярославле. Бенефис Анатолия Леонидовича Дурова 9 августа 1894 года.
Типолитография Губернской земской управы. г. Ярославль.
Бумага, типографская печать. 103,2 х 70,6


Balagany_18

Афиша Московского столичного цирка братьев Труцци на Сенной площади в Ярославле. Первое парадное представление в день открытия цирка 20 июля 1906 года.
Типолитография Г. А. Петражицкого. г. Ярославль
Бумага, типографская печать. 97,4 х 66,4.

Balagany_19

Программа Московского столичного цирка братьев Труцци на Сенной площади в Ярославле. Прощальное представление 26 сентября 1906 года.
Типолитография Г. А. Петражицкого. г. Ярославль.
Парфюмированная салфетка-саше с рекламой Товарищества высшей парфюмерии А. Ралле и Ко, типографская печать. 35,1 х 36,0.

Balagany_20

Афиша цирка А. Д. Горца на Сенной площади в Ярославле. Торжественное закрытие международного чемпионата французской борьбы 11 марта 1911 года.
Типография К. Ф. Некрасова. г. Ярославль
Бумага, типографская печать. 142,8 х 64,5.


В конце XIX – начале XX века образованная часть общества широко критиковала «общедоступные» зрелища за вульгарность и бессмысленность развлекательного репертуара, оказывающего вредное влияние на народ. Отношение местной интеллигенции к балаганным развлечениям нашло отражение в корреспонденциях либеральных газет «Северный край» и «Голос». В центре внимания прессы были примитивность народных «увеселений», потакание вкусам невзыскательной публики в погоне за коммерческой выгодой, поголовное пьянство во время народных гуляний, неизменный шум и невообразимая грязь на площадях, неустроенный быт балаганных артистов, примеры жестокого обращения с животными. Общее настроение можно выразить словами С. С. Каныгина, много писавшего о народных развлечениях в газете «Голос» (под псевдонимом «Сергей Кан»): «Когда я возвращался с гуляния, мне было грустно. Я видел бедную духовной пищей простую публику».

Balagany_21

Программа кино-цирка «Гигант» (кинокартина «Так голос чести говорит», дивертисмент) на Сенной площади в Ярославле 26 апреля 1915 года.
Типография К. Ф. Некрасова.
г. Ярославль
Бумага, типографская печать.
35,3 х 18,6.

Balagany_30

Программа электротеатра «Модерн» в Ярославле на Сенной площади. Драма «Жизнь в смерти» (постановка Е. Ф. Бауэра) и др.
21 июня 1915 г.
Типография К. Ф. Некрасова.
г. Ярославль.
Бумага, типографская печать. 34,6 х 17,4.

Balagany_22

Программа театра «Разумное развлечение» (кинокартина «Джек Форб – король сыщиков», дивертисмент) на Сенной площади в Ярославле 26 августа 1917 года.
Епархиальная типография. г. Ярославль
Бумага, типографская печать. 28,2 х 12,5.


Критика «общедоступных зрелищ и увеселений» были частью набиравшего силу движения за изменение форм досуга для народа. В конце XIX века среди земских деятелей и представителей торгово-промышленной буржуазии получила распространение идея «разумных развлечений», которая также нашла поддержку у государства. В 1894 году, одновременно с введением государственной монополии на продажу алкоголя, под контролем Министерства финансов для распространения «разумных развлечений» были созданы Попечительства о народной трезвости. Началось повсеместное открытие народных домов, чайных с народными чтениями, народных театров. К слову, владельцы «зрелищ и увеселений» чутко уловили изменение настроений, и на городских площадях появились разнообразные «Театр народного зрелища», театр «Разумное развлечение» и т.п. В начале ХХ века городские народные «зрелища и увеселения» с успехом выдерживали конкуренцию со стороны быстро завоевавших популярность чтений с «туманными картинами», народных гуляний, организованных просветительскими обществами, спектаклей по «удешевленным» ценам в городских театрах, а также стационарных кинотеатров и увеселительных садов.

Автор: Ирина Зубатенко, хранитель документального фонда Ярославского музея-заповедника

Источники и литература

  • ГАЯО Ф. 509. Оп. 1. Д. 683. Дело о запрещении «увеселений» и «забав» во время Ярославской ярмарки. 1894.
  • ГАЯО. Ф. 509. Оп. 1. Д. 1197. Дело о проведении весенней ярмарки в городе Ярославле. 1906–1912.
  • ГАЯО. Ф. 509. Оп. 1. Д. 2245. Дело о сдаче места на Сенной площади под цирк Труцци. 1912.
  • Голицына И. Д. Воспоминания о России (1900–1932). М., 2009.
  • Дмитриев С. В. Воспоминания. Ярославль, 1999.
  • Журналы Ярославской городской думы за 1894 год. Ярославль: Типография Губернского правления, 1895.
  • Критский П. А. Путеводитель-справочник по Ярославлю на 1916 год. Ярославль, 1915.
  • Курочкин Г. И. Театрал из Норского посада. Ярославль, 2007.
  • Луговая А. В. Становление массовой культуры в российской провинции (по материалам Ярославской губернии, 1890-е–1917 гг.): Дис. … канд. ист. наук / ЯГПУ им. К. Д. Ушинского. Ярославль, 2013.
  • Некрылова А. Ф. Русские народные городские праздники, увеселения и зрелища. Конец XVIII – начало XX века. СПб., 2004.